Глава
5.
В камине трещали дрова, купаясь в
языках огня. Рудрайг удобно расположился в кресле за дубовым столом библиотеки
Колленов и что-то писал пером по белому листу бумаги. Обмакнув в чернила перо,
он перечеркнул написанное, скомкал недовольно лист и бросил через стол на пол.
Там собралось не малое количество таких же комочков бумаги. Дверь открылась, и
в кабинет, вместе с гулявшим по замку сквозняком, едва не потушившем свечу на
столе, вошел слуга, неся перед собой серебряный поднос с бокалом. Поставив
бокал на стол, Фергус пригнулся собрать мусор с пола. Рудрайг задумчиво
наблюдал за движениями слуги, а, когда тот собрал все, то спросил у него:
- Ты отнес ей свечу?
- Нет, господин.
- Значит, она сидит в темноте? – был
обеспокоен своей пленницей Рудрайг, и в то же время думал, как она справится с
испытанием темноты. Фергус ожидал от него указаний.
- Отнеси ей свечу! – Схватил он
подсвечник с горевшей свечой со стола и тут же передумал: - Нет. Я сам отнесу
ей. А ты иди на кухню и приготовь ей поесть.
- Что именно, господин?
- То, что готовил мне на ужин. Иди!
Фергус что-то пробубнил в крючковатый
нос и ушел, а Рудрайг собрался с силами и духом, прихватил со стола подсвечник,
второй взял с камина и отправился в темницу, где сидела его пленница, которую
он желал видеть гостьей.
Укутавшись в плащ и поджав ноги,
Эльвида сидела на деревянной кушетке, на единственной мебели в этой узкой и
холодной комнатке с одним окошком, расположенным над самым потолком. Глаза
привыкли к темноте, но ничего интересного вокруг себя Эльвида не видела. Думала
обо всем, но устала и задремала. А открыла глаза лишь тогда, когда услышала,
как кто-то открывал дверь ключом. Она быстро вскочила с кушетки и спряталась за
открывшуюся дверь. Комнатку осветил свет свечей. Рудрайг заглянул за дверь и
увидел там свою пленницу.
- От кого прячешься? – насмешливо
спросил он.
- Прячусь? Хм! – возмущенно фыркнула
она, скрести руки на груди. – Я просто ждала.
- Кого? – Поставил он свечи на кушетку
и с любопытством продолжил заигрывать с ней, как и она с ним.
- Свою подругу.
- Подругу? – сдержал смешок Рудрайг. –
Ты думаешь, она тоже придет сюда?
- Я в этом уверенна. Я уже позвала ее.
- И кто же твоя подруга?
- Скоро увидишь. А ты чего пришел?
Принес мне свет в темницу?
- А ты не боишься темноты?
- Нет, я с ней тоже дружу.
- Ты странная, - сделал вывод Рудрайг.
- Ты тоже. И что, долго меня тут будут
морить голодом?
Рудрайг присел на кушетку и со стороны
смотрел на девушку. Он молчал, сосредотачивая свой взгляд на ней. Эльвида
начала чувствовать недомогание и слабость в ногах, а его голос, звучавший у нее
в голове, издалека пытался подчинить ее себе. Она смотрела на хозяина замка и
тонула в его бледном обаянии. Еще чуть-чуть и голос зазвучал бы громче, если бы
не появившийся в темнице Фергус с подносом ужина для пленницы.
- Я принес … - Только произнес слуга,
как на него наорал Рудрайг:
- Фергус, какого черта!?
Эльвида очнулась от заманившего ее
гипноза и поняла, что в шаге находилась от опасности. Вспомнив заклинание
«против атаки повелителя мысли», она мысленно повторила его семь раз, пока
хозяин ругал слугу.
- Хватит! – воскликнула она и встала
между ним и слугой. Рудрайг стоял перед ней и попытался еще раз проникнуть в ее
мысли, но у нее появился доод.
- Убирайся! – приказал он грубо слуге.
Тот положил поднос на пол и ушел, закрыв за собой дверь.
- А ты, - начал Рудрайг, нервно сопя в
нос и разглядывая ее лицо, которое совсем не выражало страха. Он щелкнул пальцами,
и погасли свечи. Эльвида вновь оказалась в темноте и уже не чувствовала перед
собой дыхания молодого мужчины. Но вздрогнула от прикосновения холодных пальцев
к шее. Он стоял позади нее. Его левая рука обвила талию знахарки, и он прижал
ее к своему телу. Слегка теплые и влажные губы касались ее уха, когда он
произнес ей угрозу:
- А ты еще будешь бояться меня,
Эльвида. И никто тебе не поможет, ты все поняла?
Больно укусил он ее за мочку уха. Она
вскрикнула и развернулась, чтобы
возмутиться, но его уже рядом не было. Дверь заперли на ключ.
Только после визита Колена, когда в
темнице стало темно, Эльвида улыбнулась серебристому лучику луны, проникшему
сквозь решетку окошка.
- А вот и моя подруга. Мне тебя не
хватало, - тяжко вздохнула она, усевшись на кушетку и отбросив рукой
подсвечники на пол. Да и есть расхотелось. Свернувшись калачиком, Эльвида
заснула.
Рудрайга мучила бессонница. Он не
находил себе места, расхаживая по спальне взад-вперед. И он не замечал, что его
гнев на девушку в темнице, придавал ему сил, что позволяло ему шагать уверенно
и стойко. Внезапно он остановился, обернулся спиной к кровати и завалился на
нее, раскинув в стороны руки. Сжав губы и закрыв глаза, Рудрайг вспомнил вкус и
запах своей пленницы. Она не была похожа на всех других, что были раньше. Ни
одна не сопротивлялась своему страху как она. Рудрайг приложил ладонь к груди и
прослушал учащенное биение сердца при одном упоминании имени девушки. «Этого не
должна она знать!» - тут же подумал он о своей матери. А, услышав завывание
ветра за окном, он понял, что вернулась именно она и вскоре появится здесь.
Сын ожидал появление матери уже в
постели. Она бесшумно вошла в распахнутую дверь спальни и сразу же направилась
к нему. Он улыбнулся ей:
- Прекрасно выглядишь, мама.
- Как ты, дорогой? – Поцеловала она его
в лоб. Он позавидовал ее здоровому румянцу и грустно опустил глаза:
- Не могу заснуть.
- Брось в огонь сон-траву. Рудрайг,
позови Фергуса.
- Нет, не надо. Я его отправил спать. –
Держал он ее за руку. У меня для тебя хорошая весть.
- Говори. Это касается той девушки?
- Да. Хм, тебе уже рассказала сплетница
Гарла?
- Да, - вздернула игриво бровями Малая.
– Это я попросила ее проследить за лесом. Ну и что случилось? Где эта девушка?
- В темнице.
- Она пришла сама?
- Да. Но мне пришлось отпустить
остальных.
- Что? – воскликнула мать, что от
удивления у нее сверкнули и взлетели
вверх черные длинные волосы. Рудрайг знал, что так оно и будет, и мать будет
ругать его.
- Почему ты это сделал?
- Она поставила условие, чтобы я
отпустил всех девушек взамен на нее.
- Это деревенские постарались. Она нам
бесполезна. Это нужда вынудила ее прийти сюда, а не желание. Ее надо отпустить.
- Зачем? Мама, она сильна! – уверял ее
сын. – У нее волосы сверкают ярким светом. Рядом с ней я чувствую прилив сил, я
крепко стаю на ногах.
- Но ты отпустил остальных! Кто будет
вести хозяйство? Фергус не сможет осилить столько гостей.
- Вот оно что! – усмехнулся обиженно
сын. – Ты пригласила в гости Орден. Отлично! Тебя не волнует мое здоровье, а
какой-то сбор ведьм дороже тебе, чем я!
- Ты не смеешь со мной так говорить! –
гнев вспыхнул в глазах ведьмы. – Я все делаю, чтобы снять с тебя проклятье. Ты
и сам это знаешь. На шабаше я попрошу подруг разрешить эту проблему. А твоя
пленница умеет справляться на кухне? – смягчился ее голос. Рудрайг кивнул, все
еще обиженный на мать:
- Думаю, да.
- Прикажи завтра Фергусу отправить девушку
на кухню. Я напишу указания для него, пусть готовится. Через два дня шабаш. А
ты набирайся сил. – Взбила она подушку и
вновь положила ему под голову.
- Рудрайг, дорогой, эту девушку мы
оставим на десерт. Думаю, пока хватит и столько волос. Говоришь, она сильна?
- Да, я это чувствую. – Сжал он ее руку
и поцеловал. Малая ответила ему поцелуем в лоб и, пожелав приятных снов, ушла,
оставив в спальне легкий дымок сон-травы, который усыпил Рудрайга.