Глава
14.
Путь знахарки лежал не как обычно на
юг, откуда она пришла в Санритон несколько лет назад, а на север, где гуляли
холодные ветра и земля давно уже покрыта снегом. На севере Эльвиду мало кто
знал, она была в этих местах всего лишь раз со своим учителем и мужем.
Вот уже несколько дней она и ее верная
спутница Урмила путешествовали из деревни в деревню, из города в город, ища
подходящее место для уютного дома и новой работы. Такой оказалась Моффат-Хэй,
маленькая деревушка, окутанная крепкой снежной зимой.
Эльвида остановилась в трактире
«Серебряная подкова». В небольшом помещении, владельцем которого являлся
господин Шолтар Гэйр, было тепло и многолюдно. Пахло жареным мясом и вином,
которое распивали уже подвыпившие посетители. Две молодые рыжеволосые девушки,
немного обделенные красотой, резво разносили выпивку в огромных кружках. Рыжий,
с крупными веснушками на лице и широким носом владелец трактира заприметил
среди постоянных посетителей нового человека. Он сам подошел к столу, за
который села девушка, и спросил; да так, что никто, кроме нее, не услышал
этого:
- Добрый вечер, милая девушка!
Эльвида взглянула на него из-под
нависшего на глаза капюшона теплой накидки и улыбнулась ему в ответ:
- И вам доброго, господин …
- Шолтар, милая. – Пригнулся он к ней
ближе, чтобы разглядеть. – Ты издалека?
- Да, господин Шолтар. – Положила она
один дубрен на стол. – Я хочу поесть и плотно. И есть ли у вас комнатка для
ночлега?
Хозяин трактира взял толстыми пальцами
монету и спрятал в карман жилета.
- И ужин для вас есть, и комната
найдется.
Оставил он ее одну за маленьким
столиком в самом углу помещения, где Эльвиде удалось быть незамеченной
посетителям этого заведения. Шолтар сам принес ей ужин и бокал вина. А потом
дал указания одной из своих дочерей отвести гостью на второй этаж трактира и
показать ей комнату для ночлега. Эльвида наелась, а после бокала вина, ей
захотелось спать. И предоставленная комната с чистой постелью оказалась очень
даже кстати.
Сквозь сон Эльвиде казалось, что ее
голова горит. Синее пламя горело у нее в волосах. Она закричала от испуга и,
проснувшись, руками стала тушить огонь на голове. Но огня не было. Ничто не
угрожало лучезарным волосам Эльвиды. Она повернула голову и попыталась вскочить
на ноги с кровати, но завалилась на пол. Синее пламя охватило подушку. Оно полыхало,
но сама подушка не горела.
- Четки! – Вспомнила знахарка, что перед
сном клала мешочек с четками и кошель с монетами под подушку. Осторожно
протянув руку к огню, она не обожглась. Тогда она откинула подушку в сторону и увидела,
как в огне горит и подпрыгивает мешочек. Смело вытряхнув четки из мешочка на
ладонь, она удивилась увиденному. Из десяти косточек синим пламенем горела
одна, а остальные подпрыгивали. Такого с ними никогда не происходило, как
помнит Эльвида, с момента их появления у нее. Держа их на ладони, она
внимательно наблюдала, как медленно начинает утихать огонь и танец четок. А
через мгновения они стали обычными. Все это казалось таким странным. Что это
могло бы означать, ей было пока непонятно.
Рудрайг стоял у окна спальни и наблюдал,
как на лес перед замком опускается белый и пушистый снег. Никаких ярких
красок - только черный лес и белый снег. Таким было и настроение хозяина
Туатала. Его уже давно ничто не радовало после того, как сам отпустил источник
своей силы и любви. Каждый раз, ссорясь с матерью, как только она начинала разговор
о снятии с него проклятия, Рудрайг убеждался, что уже ничто, никакое чудо не
поможет ему. Он много раз представлял себе отца, но никак не мог представить
рядом с ним Эльвиду. И что так увлекло молодую девушку пойти вслед за великим
чародеем, чтобы потом стать его женой? Рудрайг хмыкнул в нос, стоило ему
подумать о жене. И у него не возникало сомнений, что знания в магии не подведут
его, а печать сделает свое магическое дело.
Фергус как обычно принес напиток для
хозяина. Тот сел за столик у окна и отпил с бокала, вопросительно поглядев на
слугу:
- Что там еще?
- Госпожа прогнала очередную кухарку.
- Не удивительно, - усмехнулся Рудрайг.
– Твою стряпню она уже не хочет есть.
- Не все соглашаются работать в
Туатале, после внезапного исчезновения знахарки Эльвиды, - Поклонился слуга,
желая уйти.
- Постой. Ты снова поедешь в деревню?
- Да. Нужны продукты. Надо будет самому
готовить.
- Я поеду с тобой, - решил Рудрайг, но
все планы на поездку оборвались, как только в комнату вошла Малая. Указав рукой
слуге удалиться, она приблизилась к сыну, сидевшему за столиком. Он скрестил
руки на груди и обиженно взглянул на нее. Ее злило его поведение, ведь он не
желал слушать и слышать ее за попытки найти Эльвиду.
- Ты видел себя в зеркале? – спросила
Малая. – Ты выглядишь ужасно. Пойди, погуляй.
- А мне нравится так выглядеть.
- Нравится угорать, умирать?
- У меня есть силы. Что ты хочешь?
- Я? – воскликнула ведьма. После
появления в Туатале жены Будэка она потеряла контроль над сыном. Он совершенно
не подчинялся ей и ее указаниям. Всю его жизнь она не отходила от него ни на
шаг, искала ключ к проклятию.
- Я хочу, чтобы ты принял гостью в
лучшем виде, - сказала Малая.
- Гостью? И кто это?
- Субела Нордвиг. Я пригласила ее к нам
погостить у нас некоторое время.
- Я против. Я не хочу ее видеть.
- Дорогой, это уже мне решать кого
приглашать, а кого нет. - Величественно и гордо прошла она к двери, чувствую
явное преимущество над сыном. – Субела прибудет к ужину. Она будет очень рада
увидеть тебя и пообщаться с тобой. С ней ты забудешь о хандре, навестившей тебя
в последнее время.
Покинула Малая спальню сына. Рудрайг
толкнул от злости столик, перевернув все на пол. Ведьмы владели колдовством с
присущими им женским интеллектом и властью, которые преобладали в Ордене.
Рудрайг раньше был бессилен перед колдовскими чарами ведьмы Субелы, она умела
очаровывать его. Он не забыл, что только Эльвида могла вырвать его из рук
ведьмы. Его рука потянулась к шее. Под воротником он нащупал еще свежий, но уже
заживший ожог печати, создавшую им. Такой же знак был и у его любимой. Теперь
печать тайно связывала их обоих и об этом никто не знал. Рудрайг никогда не
забудет о том, с кем его связывала эта магическая печать навсегда.
После разговора с матерью и узнав о
новости про визит ведьмы, Рудрайгу расхотелось ехать в город, даже ради развлечения.
Ему все равно придется встретиться с очень молодой и привлекательной ведьмой,
но совсем бездарной, как считали другие ведьмы Ордена. Он был уверен, что мать
ни слова не скажет при Субеле об Эльвиде, и о том, что происходило в замке с
ним и с кухаркой. Субела не была ученицей и даже близкой подругой Малой, но она
умела находить подход к каждой ведьме
при помощи лести и острого язычка. Рудрайгу раньше нравилась она. Было
время, когда он развлекался с ней, но не более. Теперь, познав, что любовь бывает
не только к матери, но и к необычной девушке, оказавшейся вдовой его отца, да
еще лучшего чародея, он и думать не хотел о какой-либо связи с ведьмой.
После скучной и утомительной прогулки
по темным коридорам замка, Рудрайг не торопился возвращаться в комнату. Заметив
впереди идущую к его спальне гостью, он скрылся в темноте, прислонившись к
стене. Субела не стала даже стучаться в дверь, а сразу зашла вовнутрь. Рудрайгу
не понравилась ее наглость, и поспешил за ней.
Субела вздрогнула от внезапного появления
хозяина замка. Она стояла у столика, где небрежно лежали его бумаги.
- Рудрайг! – Не растерялась она и
подбежала к нему обнять и поцеловать. Но он грубо отстранил ее и прошел к
столу.
- И почему ты вошла в мою спальню, если
я не разрешил тебе? – Собрал он листы бумаги, свернул их в трубочку и убрал за
штору на окно.
- Ты не рад видеть меня? – удивляло ее
его странное поведение, ведь, как она помнила, он совсем по-другому встречал
ее.
- Рад, очень, - буркнул он, сев в
кресло и скрестив руки, и наконец-то оглядел ее. Субела гордо показывала свою
красоту и обольщала его всеми прелестями, которые имела. Она подсела к его
ногами руками разгладила его бедра, гипнотизируя его своими хитрыми глазками.
- Рудрайг, мой желанный, как я скучала
по тебе.
- Мы недавно виделись, - усмехнулся он,
напрягаясь от ее ласк руками.
- Да, это так. Но ты повел себя
странно. Обидел меня.
- Обидел? Не могу припомнить.
- Да. – Села она к нему на колени и
приласкала пальчиками его курчавые волосы. – Ты запер меня в этой комнате. У
тебя болела голова….
- Ах, да! – Взял он ее за талию и
поставил на ноги, сам поднявшись. – И ты приехала сюда, чтобы услышать
извинения от меня?
- Нет, дорогой мой. – Наблюдала она за
ним, ища момент, чтобы вновь оказаться рядом. Рудрайг стоял у камина, желая
остаться один и раздражительно закатывая глаза после ее слов. Она ухватилась за
его руку и поцеловала кисть.
- Я вижу, ты не совсем поправился, но я
не помешаю тебе, а, наоборот, сделаю все, чтобы ты получил кучу удовольствий.
- У меня нет сил на эту кучу! –
возразил злобно он.
- Но со мной ты споришь в полную силу,
- подметила лукаво Субела. – Что с тобой? – Повисла она у него на шее. Он
безразлично смотрел на нее, как она не пыталась его соблазнить.
- Забудь о своем проклятье хоть на час.
Побудь со мной, Рудрайг.
- Никогда! – Убрал он ее руки. –
Никогда я не смогу забыть как вы, двенадцать ведьм Ордена, не смогли мне
помочь. Вы бесполезны! Вы ничего не смыслите в проклятьях!
- Они просто не хотят помогать твоей
матери и тебе. Это не моя вина, - оправдывалась ведьма. – Я не на том уровне,
чтобы справляться с чарами Будэка. Но вскоре, возможно, я получу больше, чем
кто-либо.
- Постой, - задумался Рудрайг. –
Значит, никто из Ордена не только не сможет мне помочь, но и не хотят? Моя мать
каждый раз просит вас найти любой способ снять с меня проклятье, а вы не хотите
этого делать? Но почему?
- Это не в моих силах, - пожимала
плечами ведьма. – Все знают, что ритуал снятия проклятья грозит смертью одной
из ведьм. Я не виновата. Просто твою мать не желают видеть в Ордене.
- Это почему же? – серьезный вид сына
ведьмы стал пугать Субелу.
- Я не должна была это говорить, но
ради тебя…
- Говори! – крикнул на нее он.
- Малая следующая после Канки
претендентка на главу Ордена.
- Но, я думал, Гопали старше матери.
- Не по возрасту определяют, а по
уровню знаний и опыта.
- И чем же моя мать мешает?
- Всем. – Присела она на кровать и
взяла одну из множества подушек, прижав ее
к пышной груди. – Она очень сильна, но есть еще ведьмы, желающие стать
во главе Ордена. Но, не только эти признаки мешают Малой Коллен стать лучшей. У
нее есть сын. И сын от чародея, который ненавидел ведьм.
- А должна была быть дочь? – усмехнулся
Рудрайг.
- Да, дорогой. У ведьмы должна быть
дочь и пусть даже от чародея. Малая не сможет передать свою силу, свои знания
мужчине, то есть тебе. Ее терпели всегда, но она стала надоедать своими
просьбами о помощи сыну.
- Ей помогли бы, если бы я был
женщиной, - понял Рудрайг.
- Увы, но это так. – Гордилась своим
происхождением Субела. – Вот и я получила сегодня известие, что моя тетушка
Вальмика очень, очень слаба. Думаю, ее время скоро настанет. После того, как я
погощу у вас, я отправлюсь в Моффат-Хэй. Навещу свою тетю и, уверенна, она
передаст мне свои силы. Я единственная наследница ее рода. И тогда, - подняла
руки вверх ведьма, - я достигну самого
высокого уровня, как Малая Коллен.
- И ты сможешь помочь всем остальным
выжить? – неспроста спросил Рудрайг. Но его вопрос нисколько не смутил ее.
Субела подошла к нему, обвила его тело руками и ответила:
- Я не верю, что меня это как-то
коснется. Тот, кто уничтожает ведьм Ордена, благосклонен ко мне, я в этом
уверенна.
Поцеловала она его в шею, куда
доставала. Рудрайг понял, что Субела считает, что или Малая или он сам мстят и
истребляют ведьм Ордена, и великолепно видел, как она пыталась войти в доверие
Колленов, чтобы остаться не только в Ордене, но и в живых. И он был рад, что
эта глупая, но хитрая ведьма, доверилась ему.